четверг, октября 16

Любимый мой, хороший мой, родной мой. 
Я не знаю, чего ты ждешь от меня, но понимаю, что и в ответ на что я могу тебе дать. В ответ на добро ты получишь добро и в размере, несколько раз превышающим то, что отдал ты. В ответ на обиду и непорядочность – ты не получишь ничего, ибо я не смогу сделать тебе плохо, но и себе позволять делать больно не захочу. 
Одна милая мудрая сильная блондинка сегодня вспомнила хорошее слово – порядочность. Мне кажется, оно прекрасно. Оно включает в себя честность, открытость, ответственность, добрые намерения. Я хочу, чтобы все это, включая порядочность, было рядом со мной, окружало меня и моих близких. И мне очень плохо, когда рядом со мной появляется что-то, напоминающее непорядочность. Это – полуслова, полудела, пустые обещания, ограничение в проявление чувств, нежелание брать на себя ответственность за себя, меня, свои слова, свое поведение. Я не хочу этого в моей жизни или между нами.
Я считаю непорядочным, например, возвращаться и воскрешать в сердце недавно забытую любовь просто для того, чтобы убедиться в том, что она есть, и что твой авторитет непоколебим. Непорядочно говорить те слова, которые меняют жизнь человека только для того, чтобы убедиться в силе их воздействия. Непорядочно, в конце концов, просто идти на какой-то шаг под воздействием минутной эмоции, вовлекая меня в свой мир, и потом грубо закрывая в него дверь. 
Кроме хорошего слова «порядочность», есть отличное слово совесть. Оно тоже в себя много чего включает. Но тут все сложнее: у каждого свое. Так вот, пусть все то, что я считаю непорядочным, остается на том, что ты считаешь своей совестью. И пусть все это будет твоим.
А моим будет искреннее и светлое чувство, с которым я продолжаю жить так же, как и жила, может даже немного лучше. С которым мы ждем нового года, потом весны, а следом лета. Ведь снова скоро новый год – праздник, подарки, феерверки, мороз, елки. Я хочу этого снежного хруста под ногами и запаха мандаринов смешенных с легкими пузырьками шампанского. Хочу лепить снеговика и чувствовать запах кожи и мокрой шерсти. Хочу опираться на сосновые перилла какого-нибудь небольшого деревянного домика и знать, что в нем много близких и веселых людей, вернувшись к которым я почувствую себя любимой и нужной. А когда наступит лето, будет город, дорога, сумерки и не будет темноты. Я хочу этого ночного пустого свежего города, этого близкого асфальта, этих никогда не гаснущих фонарей! Я хочу этих острых запахов, громких звуков, близких предметов. Я хочу гулять в четыре утра с кудрявой смешной и пьяной Юлькой, поддерживая ее за руку, смеясь от души и предвкушая теплоту непустой кровати. 
Неужели же есть что-то, что важнее этих желаний? Что-то, что может позволить мне не думать о них, не чувствовать, не вспоминать? Нет абсолютно ничего, что может заставить меня не радоваться будущему и бояться его. Я могу быть счастлива сейчас завтра и потом. И мне не нужны для этого твои слова, твои обещания, твои отговорки и твои отключенные телефоны. 


среда, октября 15

я буду жить!

Если бы я была не я, а не ты был бы тобой… снег тогда не был бы грустным и хрустящим, боль не была бы щемящей и сладкой… сердце не было бы большим и маленьким…
Ветер в окна не дул бы стремительно и нежно. Вода не была бы прозрачной и сладкой. Не было бы шепота шороха полуслов и полудела. Бог не видел бы моих печальных глаз и твоих грустных улыбок.
Ветер в окна не дул бы стремительно и нежно. Вода не была бы прозрачной и сладкой. Не было бы шепота шороха полуслов и полудела. Бог не видел бы моих печальных глаз и твоих грустных улыбок. 
Может быть, не было бы самой большой на свете любви, самой отчаянной надежды, самой трагичной ноты и самого умопомрачительного секса. Могло бы просто не быть двух рук вместе, двух губ рядом, двух тел под одним одеялом, двух сердец с нечастыми ритмами. Сосны не пахли бы ссорой, вокзал не пах бы морозом, утро не пахло бы твоей рубашкой, песок не пах бы тобой… не было бы солнца на сапогах, окна на пятнадцатом этаже, раскладушка была бы не в сарае … 
Мне, может быть, хочется уйти, но нет сил. Это, когда ты смотришь в лицо или вспоминаешь голос, - и все твои движения, мысли, слова просто парализуются. Ты сидишь \стоишь \лежишь, а внутри нет слов. Ни одного единственного, ни малейшего слова. И ты хочешь защитить себя, утаить все, скрыть внутри далеко и глубоко одну маленькую частичку надежды, а она все равно лезет наружу. И тебе нет смысла ей противиться, потому что она всегда сильнее. 
Я чувствую в себе смирение впервые за эти годы. Что мне делать, если все, что я могла, я уже сделала? 
Если ты уйдешь – я буду ждать. Если не дождусь – я буду жить. Если сможешь любить меня – я позволю любить. Если не сможешь любить – я буду жить. Если сможешь простить меня – я отблагодарю тебя. Если не сможешь простить – я буду жить. Если сможешь быть рядом – я буду вместе. Если не сможешь рядом – я буду жить. 
Я обижаюсь, обвиняю, сержусь? Страшно, но нет. Ты задеваешь меня, да. Ты касаешься моей боли, да. Ты говоришь «люблю» и молчишь. Ты говоришь «я твой» и принадлежишь не мне. Но даже когда у меня есть просто возможность рассказать тебе о том, что я делаю, я счастлива. Когда ты держишь меня за руку, я счастлива. Когда ты рядом, я счастлива. 
Я мечтаю о том, что когда-то я буду я, а ты будешь собой. Мы возьмем друг друга за руки, мы откроем свои глаза, мы направим их вверх, мы отдадим свои тела ветру, мы засмеемся в унисон и пойдем вместе, по одной тропинке. 
Но пока ты опять скажешь «да», и следом последует «нет». И на все твои непостоянства, страхи и нежелания, на все мои опасения, на все твои внутренние мотивы, я отвечаю одно. Я не смогла без тебя. Ни первый, ни второй, ни любой другой раз. Значит, я могу только с тобой. Значит – я буду жить. 


четверг, октября 2

- Скажи, если я дам тебе руку, что ты с ней сделаешь?

- Я ее возьму.

- А если я буду страстно тебя целовать?

- Отвечу страстным поцелуем.

- А если я захочу уйти, что тогда?

- Я тебя отпущу…

- И у нас никогда не будет ночных прогулок и сна на плече в такси? Не будет совместных завтраков и ужинов при свечах? Ты не будешь главным героем на моем празднике и не сможешь держать меня за руку? 

- Нет. 

- А что получу я, если останусь?

- Только то, что имеешь сейчас.

- А что я имею сейчас?

- Немножко меня, краешек себя и отдаленное эхо нас.

- Но я достойна большего.

- Я знаю, я не держу тебя.

- Я знаю, но почему-то ещё держусь… 

Женщина, которая "понимает".


Женщина, которая "все понимает" - прощает... Женщина, которая "ну знает же все" не льет слез и не закатывает истерик. Женщина, которая "слишком умная" не спрашивает лишнего. Такая женщина не ищет поводов для ссор, не видит смысла в рассужденьях о совместных детях, не строит планов на годы вперед. У этой женщины много чего на уме и мало - на языке. Она смотрит глубоким взглядом, будоражит кровь и возбуждает интерес. Её надо обязательно раскусить, завоевать, осознать. И вот уже кто-то опять лезет глубоко внутрь женщины, которая "понимает", стараясь добраться до самой сути, уже кто - то опять подбирает к ней ключи, растапливает льды и дарит мгновенья... И женщина, которая "все понимает" опять прощает, не льет слез и не спрашивает лишнего. Она просто опять старается изо всех сил забыть, когда ей делают больно; она просто очень тихо плачет, чтобы никто - никто не услышал; она снова не задает вопросов, потому что уже из прошлых историй знает на них ответы. Женщина, которая "все понимает" похоже уже слишком многое поняла...

вторник, сентября 16

Я читаю, сквозь строки, не опубликованное письмо. Это письмо от меня к тебе. В нем знаков вопросов больше, чем точек. Но оно содержит больше ответов, чем вопросов. 
Когда я его читаю, я вижу в авторе письма широко открытые глаза и протянутые руки. Я смотрю на себя со стороны – маленькая девочка, просящая заботы. Маленькая девочка, припудрившая свой возраст интеллектом. Девочка, которая боится удара и потому вынуждена держать боксерскую стойку. 
Я читаю о том, что я сильная, и вижу, как я была слаба в этом утверждении.
Я читаю о том, какая я независимая, и вижу, как я зависела от тебя.
Я читаю о том, что ты мне не нужен и вижу, что ты мне был необходим.
И я задавала вопросы тебе и сама на них отвечала. Я искала тебя и находила себя. Я просила тебя и находила то, что ты не давал. 
Я была такой уязвимой нежной и маленькой. Совсем беззащитной и такой слабой. Я так нуждалась в твоих ответах, твоей руке, твоей помощи. Но мне было так страшно, что я делала вид, что я уже совсем большая и все могу сама. И мне было так обидно, что я делала вид, что мне совсем уже не больно, и я все пережила. Я так боялась обмануть тебя, что создала себе огромный обман. 
Я читаю и вижу все, что действительно тогда творилось у меня в душе и голове. Только сейчас я могу сказать – я была маленькой, нуждающейся в заботе девочкой. Я была не достойна обмана и невнимания. Я не должна была понимать тебя и твою ситуацию – потому что в понимании в большей степени нуждалась тогда я. Я никогда не относилась толерантно к твоему хамскому поведению – я терпела, потому что меня сковывал страх потерять тебя. И ты мог бы заметить это и прочитать между строк, если бы хотел видеть. А, знаешь, что самое страшное? Это письмо было написано всего 2 месяца назад. 


вторник, августа 19

палата номер шесть

Небольшая комната, старые, но довольно чистые обои, кровати, тумбочки. Ощущение, что это палата пионерского лагеря конца девяностых. Четверо, а, может, пятеро, молодых мужчин в одной комнате мирно спят. В левом углу, ближе к выходу, лежит тот, на кого нацелен мой гнев. Я вбегаю вся в слезах, как будто всю ночь нагнетала собственные ощущения и обсуждала свою нелегкую судьбу со всеми подряд.Небольшая комната, старые, но довольно чистые обои, кровати, тумбочки. Ощущение, что это палата пионерского лагеря конца девяностых. Четверо, а, может, пятеро, молодых мужчин в одной комнате мирно спят. В левом углу, ближе к выходу, лежит тот, на кого нацелен мой гнев. Я вбегаю вся в слезах, как будто всю ночь нагнетала собственные ощущения и обсуждала свою нелегкую судьбу со всеми подряд.
Бужу его почти грубо и кричу. Не знаю, что именно я кричу, просто плачу и говорю гадости. Обвиняю его – но в чем именно не могу понять. Он сначала растерян, потому что его разбудили. Понимая, что отговориться не сможет никак, начинает реагировать. Говорит твердо и жестко. Старается не обидеть, но говорит не то, что я хочу услышать. Кажется, что за нами подглядывают остальные. Они стали немыми свидетелями сцены. Но никто не решается включиться в разговор – лежат с закрытыми глазами.
Я начинаю истерично взвизгивать – моя основная проблема в том, что он меня не любит, но моя обида заключена в другие неконструктивные хаотичные обвинения. Он знает о моей проблеме и подтверждает, что я права в своих самых страшных опасениях, он знает, что я хочу его любви и знает, что он мне ее дать не может. Стараясь не обидеть, он не говорит жестоких вещей, но и не дает ни единого шанса, ни единой зацепки. Я продолжаю плакать кричать, обвинять, я, по-моему, даже бью его. Меня совершенно не тревожит он сам – меня тревожит только то, что он меня не любит. Я смотрю на него и вижу только ауру его нелюбви. Мне она страшна, я отталкиваюсь от него, отстраняюсь – он мне неприятен. Но при этом я все ещё знаю свою цель – я хочу, чтобы он немедленно все изменил: упал мне в ноги, стал говорить слова любви, начал целовать меня и обещать все, о чем я мечтаю. Тогда я буду ощущать победу. Но нет никаких предпосылок к изменению его ко мне отношения. Я продолжаю истерику – и уже не могу контролировать своих слов. Я сама не уверена в том, что говорю, понимаю всю абсурдность обвинений, ловлю себя на этой мысли, и меня настигает ощущение беспомощности и отчаяния. Слова сливаются в единый поток речи, а потом и просто в монотонное всхлипывание.
Я понимаю, что это тупик, что мне больно, что меня обидели и что я ровным счетом ничего не могу с этим сделать. Я сажусь на пол и утыкаюсь головой в сложенные на коленях руки. Чувствую, что его аура меняется. Он садиться радом кладет руки на плечо. Нет, не неловко или наиграно, по-настоящему. Потом начинает обнимать. Я очень этого хотела, я ждала, когда смогу уткнуться в его грудь и плакать уже на ней. Он гладит меня по голове, целует в волосы, что-то говорит. Не важно уже. Уже не важно – любит или нет. Я хотела плакать у него на груди. Может, мне всего-то и нужно было, чтобы просто полакать у него на груди, но его железные занавесы и бетонные стены всегда заставляли быть сильной. Мы сидим на полу – я с закрытыми глазами полностью погрузилась в него. Я чувствую себя под его зажитой, его опекой. Мне не нужна его любовь, мне нужна его сила. Я знаю, что происходит – и ловлю каждый миг. Я хочу получить все от этого мига – до опустошения. Чтобы когда он разомкнул свои объятия, у меня внутри не осталось бы ни единой эмоции – ровным счетом ничего, пустота. И я жду момента, когда все будет именно так. Потом я просыпаюсь. 

понедельник, июля 14

заточено под боль

Молодость кудрявая и беззаботная. со взглядами, поцелуями, темными углами, страхами, смехом и верой в себя. где ты? где то, что заставляло вдыхать глубже воздух? где то, что делало запахи сильнее? где здоровое ранодушие к происходящим событиям жизни?
Почему с каждым прожитым романом мы становимся печальнее? почему с каждым молчаливым вечром мы становимся старее? почему с каждым взглядом мы теряем по одной малекнькой искорке счастья?
Понимать не значит любить. а любить не значит понимать. скорее наоборот. мы влюбляемся в то, что нам совсем непонятно, неочевидно, странно. загадочно...
Уходит ли из нас загадочность, скрывается ли она за чередой проблем или просто она не для всех видна? А видна только тем, кто хочет ее видеть?
Я устала. просто очень устала от боли. сердце сжимается и болит. а потом ты хочешь выплюнуть свою душу наружу, когда она становиться физически осязаемой. и ты думаешь - что происходит и с тобой, и с ней. а на самом деле все просто - просто ты заточена для того, чтобы страдать. теперь так. теперь только так.
может быть за страданием приходит искупление. а может быть просто есть люди, которые заточены под то, чтобы страдать. только под это.

вторник, июня 24

Привет от звезд Колорадо

Сумрак ночи стелился по мелким пробегающим волнам, не заходившим далеко за линию прибоя. Маленькие прожектора от стоявшего чуть поодаль прибрежного бара понемногу рассеивались в приближении к двум силуэтам у берега и раздавались изумрудными отблесками на воде. Совсем легкие шорохи музыки слышались на фоне методичного, ровного, глубокого шума моря.
Мужчина с широкими плечами, короткими кудрявыми волосами сидел на песке, широко разведя колени, наклонившись чуть вперед и перебирая в руках горсти песка. Совсем рядом, на спине, положив голову на свои руки, лежала девушка.


- Ты узнаешь звезды? Это они передавали тебе привет из Колорадо, милая.


Он улыбался. Она чувствовала его улыбку, и ей не нужно было видеть при этом его лица. Она ощущала его теплоту, его доверие, его искренность. Она просто лежала рядом и знала, что ей не нужно что – то говорить. Потому что была уверена в том, что слова между ними давно стали условностью. Несуразной, необязательной условностью. Она протянула ему руку, он выпустил очередную горсть песка, отряхнул ладонь и взял ее за руку. Тишина окутывала их, создавая вокруг их интимную ауру общности и близости. Казалось, что их близость – это что-то физическое, ощутимое, что-то уплотняющее воздух вокруг, что можно ощутить кожей.
У нее в голове проносились картины жизни. Ее жизнь, хорошая и интересная, наполненная событиями, радостями и неудачами, жизнь, к которой она долго шла и которой иногда умеет гордиться. Она вспоминала свою ушедшую любовь и не находила в ней отклика в сердце. Вспоминала свои неудавшиеся романы – и не испытывала боли от них.


- ты же понимаешь, милая, что все то, о чем ты сейчас говорила неважно. Неважно то, что будет или было между тобой и тем человеком. Это проходило раньше и пройдет сейчас. Просто сейчас немного трудно. Но так было всегда.
- тебе тоже бывает трудно?
- конечно, и ты это знаешь. И мне тем труднее, что я очень далеко, и мое одиночество – оно бывает физически ощутимо, и моя грусть по тому, что было или могло бы быть, иногда просто догоняет меня и угнетает.
- но мне казалось, ты всегда справляешь с этим.
- да. Потому что проходило раньше и пройдет сейчас.


Сейчас расставание со всем, что ее окружало в обычной жизни, дало ей невероятное спокойствие и этот волшебный и близкий человек рядом создавали в ее душе то самое чувство гармонии, о котором она так давно мечтала.
Она не хотела рассказывать о своих чувствах сейчас. Но она понимала, что его дружба для нее намного важнее всех неудавшихся романов. Понимала, что его поддержка намного сильнее всех женских посиделок. Теплота его руки намного незаменимее любого другого проявления нежности. Она повернула голову в его сторону. Он гладил ее по руке и улыбался. Он так часто улыбался… Она была уверенна в том, что слова между ними – условность, никому не нужная условность. И уж если он о чем-то думает, то это что-то абсолютно созвучно ее собственным мыслям.
Он прилег на песок рядом, положил ее на свое плечо, обнял левой рукой и начал напевать негромко какую-то давно забытую русскую песню. А она прижалась к нему ещё сильнее и подумала, что все ее переживания, все ее мужчины, все ее работы и дела – далеко отсюда, очень далеко…

пятница, июня 20

Стокгольмский синдром

я тебя не ненавижу, и, пожалуй, не люблю. я не хочу быть с тобой и уже хочу быть без тебя. ты не нужен мне ни рядом, ни далко, ни в памяти, ни в прошлом.
я не рада тому, что ты недостаточно любил меня? мне бы хотелось подавить тебя, унизить, посавить на место. Мне бы хотелось отомстить за унижения, ожидания, отстутсвие нормальных отношений. Я была бы рада, если бы ты в один прекрасный день пришел ко мне с мольбами о моем внимании и я сказала бы тебе "Да кто ты такой, что ты хочешь от меня, чего ты ждешь? Я просто любила тебя НИ ЗА ЧТО-ТО, но ВОПРОЕКИ, а ты не смог этим воспользоваться"
Я уже не желаю тебе добра, но и зла не желаю. Я думаю, все в твоей жизни будет по-прежнему: с миллионами вопросов, сомнений, наполненной эгоизмом, сарказмом. Да, да, обособляй себя в маленький мирок и выбирай себе жертв для него. Мучай их, ограничивай, воспитывай в них неуверенность в себе, убеждай в том, что что-то у них не так. Стесняйся себя, ищи себе идеологию собственного мира. Может, так оно и нужно, а может и не так.
Что ж? Общий урок, выученный на "хор". Стокгольмский синдром жертвы? Может, и он. А, может, "полюбишь и козла".
Я больше не говорю тебе: "Всего добого, милый". Я говорю "Живи как знаешь". Я не беспокоюсь о тебе, я думаю о себе.
И, знаешь, в чем главный смысл всего этого - это ТВОЯ ПОТЕРЯ. Ты же понимаешь о чем я. Я не о банальном "Ах, какая женщина". Я о твоей потере! Большой и, ты сам знаешь, очень важной. Еще раз прощай, милый. Уходи, уходи, уходи. Уходи и плач о том, из-за чего тебе стоит плакать. Я унесла это с собой и не верну обратно.
Что ты там говорил про моря? Так вот знай, милый - они не для окуней.

понедельник, июня 16

Открывая в сказку дверь, знай способы ее закрытия.

05.36. солнце. Около клуба. Он и она.
- Привет.
- Привет, пойдем?
- Куда?
- Я знаю куда, просто пойдем. Меня зовут Марк. - Хорошо, пошли.

05.46. солнце. Прогулка. Он и она.
- Тебе не кажется, что это слишком высоко. К тому же ты на каблуках.
- Нет, мне не кажется, я могу все.
- Хорошо пошли. Только можно я тебя поцелую?

06.07. солнце. Прогулка. Он, она и его телефон.
- Алло, привет, друг, я занят.
- Чем, Марк?
- Я безумно влюблен. Позвони мне потом.

06.08. солнце. Бег. Он, она и ее телефон.
- Ну и куда ты бежала?
- От тебя.
- Но я все равно догнал бы.
- Я хотела этого, но ещё я хотела убежать.

06.32. накурено. Папаша Билли. Много посторонних людей и его друзей.
- Возьми меня за руку.
- Мне надо выйти, подошла моя приятельница.

06.33. солнце. вход в папашу билли. Она, приятельница, он.
- зачем ты так?
- что я?
- я очень испугался, что ты ушла.
- но я здесь.
- кофе остынет, пойдем.

07.12. кондиционер. машина. Он, она, его друг с приятельницей.
- не отпускай мою руку, пожалуйста.
- тогда веди машину тише, мне страшно.
…. Скорость 50 км.

08.00. квартира, холл, он, она, его друг с приятельницей.
- пока, приятно было познакомиться.
- да, вам тоже удачно оставаться. Завтра встретимся. У нас, правда, с Дашей романтический ужин.
- у нас, правда, тоже.

08.34. серебряный дождь. диван. Он и она.
- ты же понимаешь, что сейчас происходит?
- нет.
- происходит что-то очень важное и серьезное.
- у меня есть свойство сбегать в таких случаях.
- боюсь, в этот раз у тебя не получится. я не отпущу.

11.00. запах кофе. шоколадница. Он и она.
- я очень хочу, чтобы ты поела.
- а я очень хочу, чтобы ты улыбнулся.

13.20. солнце. Около дома. Он она и прохожие.
- я не знаю твоего телефона, дай мне, пожалуйста, свой номер.
- у меня смешанные чувства, я не знаю.
- ты хочешь, чтобы я узнавал через ФСБ? Я позвоню тебе сегодня вечером, когда ты освободишься.
- пока…

19.00. дождь. Дом. Ее телефон.
………………………………………………….
20.00. дождь. Дом. Ее телефон.
………………………………………………….
21.00. дождь. Дом. Ее телефон.
………………………………………………….
22.00. дождь. Дом. Ее телефон.
………………………………………………….
23.00. дождь. Дом. Ее телефон.
………………………………………………….